?

Log in

"... На головокружительной высоте висели легкие мосты, балконы и выступы садов. Искрящиеся вертикальные полосы контрфорсами уширялись к основанию, обнимая между тысячами аркад громадные лестницы. Они вели к ступенчатым паркам, лучами расходящимся к первому поясу густых рощ. ...
Люди, оживленные, смеющиеся, серьезные, быстро шли по улицам или прогуливались под аркадами, уединялись в тысячах укромных мест: среди колоннад, на переходах лестниц, в висячих садах на крышах уступов…"
И.А. Ефремов.  "Туманность Андромеды"


Оригинал взят у andp2027 в Комната в лесу… на двадцатом этаже (проект неокоммунистической застройки)

Да, вы не ослышались, именно комната, а не дом или квартира. И именно в лесу, а не с видом на лес. Именно такой урбанистический проект развивает итальянский архитектор Стефано Боэри. Но речь не просто об этом проекте. Речь пойдет о будущем, и не о простом, а коммунистическом. Как говорится, кто о чем, а я о коммунизме, ведомый главной тематикой блога. Итак, далее несколько размышлений о коммунизме и, конечно, фото этого замечательного проекта:

Read more...Collapse )

О смыслах и терминах

Оригинал взят у sl_lopatnikov в О смыслах и терминах
.







Многие слышали анекдот:

1917 год.
Старая графиня спрашивает внука:
- Что за шум на улице?
- Это митинг большевиков, бабушка.
- А чего же они хотят?
- Они хотят, чтобы не было богатых.
- Странно. А мой дед, дкабрист, хотел, чтобы не было бедных...


... Некая Е.Ласкарева использует этот анедкот в качестве упражения в учебнике «Чистая грамматика», предназначенного для обучения русскому языку инстранных студентов.

Приведенный анекдот есть комическое выражение представления о коммунизме, которое - каждый на свой лад - в позитивном или негативном ключе повторяют философы - анти-марксисты и философы - «как бы марксисты», не понимающие предмета о котором говорят.

Так, еще в словаре, увидевшим свет до Октябрьской социалистической революции в России, дается следующее определение коммунизма: коммунизм - общность имущества при полном отсутствии какой бы то ни было личной собственности и при совершенно общем равенстве.

Даже Анатолий Васильевич Луначарский путался в трех соснах, провозглашая единство христианских и коммунистических идей на той же базе имущественного расслоения: «Вот все эти черты глубочайшим образом сказались в том идеале (христанстве- СЛ), который возник в Азии и который довольно быстро распространился среди пролетариев, как добрая весть. Это — евангелие; и добрая весть заключалась в том, что близится, несмотря на всю невероятность этого положения, царство бедных, царство неимущих пролетариев, но оно придет силами существ надземных, силой великой и праведной, которая царствует над миром."

Между тем, якобы общее для коммунизма и христианства противопоставление бедных и богатых «в пользу бедных» и вообще сосредоточенность на количестве собственности как таковой есть пошлейшая мещанская идея, необработанная анализом непосредственная видимость, не имеющая ничего общего с идеей коммунизма.

Если говорить на языке, легко понятном обывателю, в нулевом приближении, коммунистическая идея может быть выражена простым утверждением:
«Коммунизм – это мир без воров»

Термин «вор» в этом определении следует понимать предельно широко, почти в древнерусском смысле слова. Вор - это человек совершающий с корыстной целью насильственное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в свою или других лиц пользу.

В этой формуле нет ничего «христианского», ничего похожего на евангельское: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное», - нет ни малейшего намека на бедность или богатство.

В чем качественное различие противопоставление вора и его жертвы от оппозиции «богатства и бедности»?

Это различие вовсе не в том, что вор – «богат», а его жертва «бедна». Оно в характере присвоения собственности, а не в ее количестве.

Вор, укравший копейку такой же вор, как тот, кто украл миллиард: он есть вор. В то же время человек добросовестно получивший любого масштаба собственность – это человек честный и никто не может иметь к нему претензий.

Для обозначения мира, допускающего существование воров в любом качестве, мы будем будем употреблять термин «Синий мир» - по закрепившемуся в уголовной России обозначению воров как «синих» из-за обилия татуировок на теле, или, в качестве более отвечающего научной традции, введем новый термин «лейстерические общества» - от древнегреческого «ληϊστήρ» - грабитель.

Что касается обозначения мира без воров как «коммунизма», такое обозначение также имеет серьезный недостаток.

Термин «коммунизм» отсылает человека к понятию «коммуна» (от фр. commune — община), то есть к понятию, означающему коллектив, живущий совместной жизнью на началах общности имущества и труда , то есть, по существу, предопределяет форму обустройства мира без воров, что может стать результатом анализа, если «общность имущества» является необходимым следствием самого факта отсутствия воров, но не исходной позицией, из которой такой анализ может исходить.

Исторически, термин коммунизм возник в кругах французских и английских реформаторов общества первой половины XIX века. Так, Джон Гудвин Бармби - ученик Роберта Оуэна, - утверждал, что именно он является изобретателем термина, впервые употребив его в Париже в 1840 году в противопоставлении с термином «эгалитаризма» употреблявшемся последователями Гракха Бабёфа.

Нетрудно понять, что и в этом случае сравнивается «зеленое» с «холодным»: отношение между людими (равенство/неравенство) со способом организации общества (коммуной/индивидуализмом). Особенно это заметно в работе главы французской коммунистической школы Этьена Кабе’, издавшего в 1842 году брошюру : «Двенадцать писем коммуниста к реформисту об общинности», в которой использовал для обозначения сопнимания обзественного идеала термин communauté (общинность), а не communisme (коммунизм).

С этой точки зрения, учитывая непоследовательность терминологии, устанавливающей ложную, или, точнее сказать, не-априорную связь общества без воров со специальным видом организации общества (коммуной), правильнее было бы обозначить мир без воров как-то иначе.

Например, учитывая сложившуюся со времен Великой французской революции традицию использования Красного знамени как общепринятого символа революционной борьбы, по-видимому, наиболее логичным было бы обозначение мира без воров как «Красный мир», или вновь обращаясь к научной традиции, обозначать такие общества как «тимеические», от древнегреческого τιμή – достоинство, честь, а также и время ( вспомним диалог Платона Тимей (Τίμαιος)).

Мы будем использовать эти обозначения: «Красный мир» и «тимеическое общество» наряду с более привычным, но и неточным термином «коммунизм» - в зависимости от желательной точки зрения.

Мораль: Если кто-то начинает гворить "о справедливости" в терминах материального равенства - этот человек либо дурак, либо - как часто бывает - мошенник, уводящий вас от главного: от антагонистического противоречия воров и обворовываемых.

Андрей Фурсов: Мир будущего (беседа с историком)

Часть 2

Олег Морозов

Андрей Фурсов: Мир будущего (беседа с историком)

7.1 Почему в соцлагере повсеместным явлением было недовольство жизнью и правительством?

— Причин несколько. Во-первых, люди не ценили то, что имели. Они видели фотографии или кадры из западных кинофильмов — полные прилавки, 100 сортов колбасы и сыра, модная одежда; они сравнивали зарплаты. При этом они “забывали”, сколько на Западе уходит на уплату налогов (до 50%), “забывали” про платную медицину и образование, кредитное рабство, коротенький отпуск. А у себя “забывали” добавить к зарплате те расходы, которые несёт система по обеспечению бесплатной медицины, образования и многого другого. Когда после разрушения они это почувствовали, было поздно. Как говорится в Коране: “Пусть наслаждаются, потом они узнают!” Сегодня ясно: для России и Восточной Европы десятилетия социализма были лучшим и в плане благосостояния, и в плане исторической субъектности временем.
Во-вторых, социализм — значительное более уязвимое для критики общество. Он постулирует социальную справедливость и равенство, а они-то как раз и нарушались в ходе развития социализма и превращения номенклатуры в квазикласс, удовлетворяющий свои материальные потребности в значительной степени на Западе. Это было явным противоречием реальности и прокламируемым идеалам. А вот капитализм (и постсоветская реальность в той же РФ, Чехии, Болгарии и т. д.), тем более, когда после разрушения социализма некого бояться и некого стесняться, как бы заявляет: да, у нас эксплуататорское общество, рынок, конкуренция — выживает сильнейший — это и есть свобода. Многие претензии, которые можно предъявить социализму, не могут быть предъявлены капитализму. Что можно сказать тому, кто постулирует: “Да, вот такое я дерьмо! Это норма!” И что тут скажешь? Иными словами, значительная часть недовольства в соцстранах — это недовольство нарушением принципов социализма и глупая уверенность, что это можно исправить инъекцией капитализма.
Исправили? Стало лучше? Перефразируя Гоголя: “Ну что, сынку, помогли тебе твои пиндосы? Стала твоя родина вторым Пиндостаном?”
В-третьих, почти всех жителей Pax Socialistica в той или иной степени раздражал СССР, раздражали русские — сильные всегда раздражают. Всех — по разным причинам: поляков — потому что мы их били и потому что, как бы они ни кичились, великой культуры не создали, а как были, так и остались (и остаются) задворками Запада, а Россия и великую культуру создала, и империю; многих — потому что легли под Гитлера, а русские не только не легли, но и хребет сломали Третьему рейху; у нас есть Победа — у кого в Европе ещё она есть? Русские — единственный славянский народ имперского типа, создавший успешную империю (сербы тоже имперский народ, но исторически по объективным причинам им трудно было добиться успеха). Это противопоставляет русских почти всем славянам, а также всем неимперским народам, оказавшимся в русской орбите, но так и не выработавшим исторической благодарности за то, что русские всегда защищали их от Запада, прежде всего от немцев, от волчьей тевтонской стаи. Поэтому прав был К. Леонтьев в своём скепсисе по отношению к “славянскому братству”. “Имперское братство” прочнее. Надо помнить об этом, когда к середине XXI в. под натиском миллионов арабов и негров Европа начнёт трещать и народ ломанётся в Россию за защитой. Нам надо будет “вспомнить всё” — без злорадства, но и без эмоций, только с трезвым расчётом. Хватит спасать неблагодарных, которые на второй день после очередного спасения плюют нам в спину и начинают косить “под Запад”. Когда я слышу, как те же поляки говорят “мы — Запад”, мне хочется сказать им: “Расскажите это немцам!”
Read more...Collapse )
Источник

Андрей Фурсов: Мир будущего (беседа с историком)

Часть 1

Олег Морозов

Андрей Фурсов: Мир будущего (беседа с историком)
1. Куда идет этот мир (т. е. как выглядит картина будущего)?

— Мир стремительно идёт к концу капитализма. От последнего не так много осталось: рынка практически уже нет, есть глобальные монополии; государство отмирает; гражданское общество скукоживается; политика превращается в комбинацию административной системы и шоу-бизнеса, деньги потеряли ряд функций и в значительной степени перестали быть деньгами; европейцы утратили одну из своих основ — трудовую этику, капиталу почти удалось поглотить, сожрать труд, но и сам он от этого перестаёт быть капиталом.
Read more...Collapse )

Мир без гаджетов

Оригинал взят у vladimir_krm в Мир без гаджетов

Что делают умные люди, пока остальные подсаживают своих детей на иглу планшетов и самртфонов

Технический директор eBay отправил своих детей в школу, расположенную в Лос Альтос в Калифорнии. Так же поступили сотрудники и других гигантов Силиконовой долины: Google, Apple, Yahoo, Hewlett-Packard. Однако, для обучения в этой школе используют привычные, не связанные с новейшими технологиями, инстрyменты: ручки, карандаши, швейные иглы, иногда даже глину и др. И ни одного компьютера. Ни одного экрана.

Их использование запрещено в классах и не поощряется дома. По всей стране школы торопятся оснастить свои классы компьютерами, а многие политики заявляют, что не делать этого – просто глупо.

Однако противоположная точка зрения получила широкое распространение в самом эпицентре высокотехнологичной экономики, где некоторые родители и педагоги дают понять: школа и компьютеры не совместимы.

Read more...Collapse )
Оригинал взят у vladimir_krm в Энциклопедические ресурсы в Интернете
Оригинал взят у philologist в Энциклопедические ресурсы в Интернете
В данной базе представлены как интернет-энциклопедии, так и оцифрованные энциклопедии разных эпох. Если вам известны другие достоверные и полные энциклопедические ресурсы, пожалуйста, добавьте их в комментарии и мы дополним нашу базу.



В базе присутствуют не только русскоязычные энциклопедии, но и энциклопедические издания на других языках. Для удобства пользования вначале идет название на русском языке.

Read more...Collapse )

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

Оригинал взят у khazin в Жертвы необъявленной войны
В России упал самолет. Это, безусловно, трагедия, и мы, конечно, глубоко сочувствуем тем, кто погиб, а также и их родным и близким. Но при этом надо отдавать себе отчет: те события, которые происходят на Украине, в Сирии и в США, означают, что в мире началась война.

Это война не между государствами, а между транснациональными силами. Это гражданская война, в которой Россия как страна и лично президент Путин выступают на одной стороне, а российское правительство и либеральные силы — на другой. Долгое время эта война была бескровной, но теперь у нее появились жертвы.

Да, многие из ее участников еще не поняли, что идет война, что люди, которых они считали своими друзьями, находятся по другую сторону фронта. Чем быстрее мы дадим ответ противнику — тем выше шансы спастись. Ничего другого нам не остается, потому что если мы не научимся отвечать, то станем очередными жертвами этой необъявленной войны.

Tags:



"ЗАВТРА". Сегодня у нас в гостях главный редактор интернет-газеты "Журналистская правда" Сергей Загатин. Тема нашей беседы — технологическая сингулярность. На Западе на протяжении последнего десятка лет весьма активно продвигают эту философскую концепцию, автором которой является американский изобретатель и футуролог Реймонд Курцвейл. Он в своё время заявил, что вскоре, уже буквально в 2030 году, должна возникнуть некая сверхсущность, суррогат всепланетного сверхразума. Курцвейл видел такую сингулярность в образе искусственного интеллекта, всепроникающей сети, некоего разума, который заменит в перспективе всё — культуру, науку, историю, смысл будущего, после чего человечество должно отойти на какую-то вторичную роль, уступив путь дальнейшей эволюции искусственной сверхсущности, как сама биологическая жизнь в своё время оказалась в подчинении у человеческого разума.

Но рассуждая о такой сингулярности и её объективных предпосылках, мы должны сказать и иное: в этот момент возникает зияющая пустота в цели человечества. Потому что получается, что искусственный разум должен не только работать за нас, но и "все плюшки есть": причём не только в материальном смысле (тут как раз, скорее всего, никто от голода не умрёт), а в первую очередь — в части развития и эволюции. Получается, что человечество в момент сингулярности внезапно осознаёт себя вторичным и ненужным. Ваше мнение: как сложится в ближайшее время научно-технический прогресс, который вроде бы должен нас вывести на эти зияющие вершины? И насколько вообще возможна сингулярность Курцвейла — не придумываем ли мы себе снова ложного "бога из машины"?


Сергей ЗАГАТИН. Скажем сразу: Реймонд Курцвейл отнюдь не был "изобретателем" технологической сингулярности. О ней как о философской концепции, начали говорить ещё в 1970-80-е годы на фоне успехов науки и техники — когда стало ясно, что каждое следующее человеческое изобретение требует всё меньше и меньше времени на создание, внедрение и самое широкое распространение. Это вообще особенность любых неравновесных термодинамических систем, которые развиваются с эволюционным кризисом. И в целом человечество тут не уникально — сингулярность можно описать и процессом внезапной кристаллизации переохлаждённой жидкости, и процессом ядерного взрыва в результате цепной реакции. Математическая и философская картинка будет одинаковой: сначала развитие по экспоненте, потом разрыв и кризис, сравнимый по внезапности со взрывом, а потом — переход в иное, нетипичное с точки зрения предыдущего развития событий, состояние. Поэтому, наблюдая такой взрывной рост технологий весь ХХ век, концепцию технологической сингулярности осознали и описали достаточно давно, задолго до Курцвейла. Он же здесь выступил скорее популяризатором "скучных" философских идей Пригожина, Форрестера или Медоуза.

"ЗАВТРА". Но ведь всегда были и критики идеи сингулярности. Помнится, в 90-х годах, на фоне краха СССР, в западном мире даже возобладала иная концепция — мол, "всё остановилось, революций больше не будет". Френсис Фукуяма тогда написал программную книгу с такой критикой — "Конец истории", в которой говорил, что больше в мире ничего происходить не будет.

Сергей ЗАГАТИН. Ну, надо сказать, всерьёз в "конец истории" даже тогда никто не верил. Ведь в 1990-е годы НТП отнюдь не остановился, скорее наоборот — пошёл семимильными шагами. Именно тогда все поняли, что действует закон Мура, который показывал удвоение количества транзисторов в процессорах каждые несколько лет. Всё в тот период, как и положено в рамках эволюционирующей неравновесной системы, развивалось. Были очень большие достижения в науке, технике — несмотря на кажущееся спокойствие в мировой политике. И, как следствие, конец истории оказался фикцией. История оправдала все ожидания — и снова пошла вперёд. Скорее, мир тогда переоценил какие-то другие моменты развития — например, мы помним, какие перегретые ожидания были относительно роли интернета в бизнесе, в продажах и в быту.

Read more...Collapse )

Profile

szlachtiz
szlachtiz

Latest Month

February 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com